Военные технологии

Последствия большого страха или худший пример безрассудной экономии в британском флоте. Последние цитадельные корабли

Последствия большого страха или худший пример безрассудной экономии в британском флоте. Последние цитадельные корабли

В основе концепции и «Дуилио», и «Инфлексибла» лежала идея о том, что с противником возможно покончить единственным удачным попаданием, так сказать, нокаутирующим ударом. Одного сокрушительного удара можно было ожидать лишь при хорошо управляемом залповом огне, а не спорадической стрельбе из одиночного огромного орудия. К счастью для Королевского флота, первая фаза создания броненосных линкоров со сверхтяжелыми калибрами и началась, и закончилась «Инфлесиблом».

Получилось все с точностью до наоборот: Италия, создавшая собственную концепцию обороны побережья, смогла не только построить ДВА мастодонта, но впоследствии развить свой успех ЕЩЕ ДВУМЯ кораблями типа «Италия». Британия же, самонадеянно решившая «утереть нос макаронникам», не смогла себе позволить построить более ОДНОГО корабля — т.к. ясного понимания его назначения и применения у английских адмиралов так и не появилось, а деньги тратились просто неимоверные…

«Аякс» и «Агамемнон»

Тем более странным и нелогичным выглядит решение Адмиралтейства продолжить развитие британских броненосцев не в русле «Девастейшена»/«Дредноута», а все в том же направлении «Инфлексибла» — только в сильно уменьшенных, в целях экономии, размерах! Как это ни странно звучит, но убеленные сединами «профессионалы» — лорды Адмиралтейства и адмиралы Королевского Флота — оказались такими же падкими на «самое-самое» новейшего «Ифлексибла», как и «широкая общественность». Приходя в восторг от чудовищных пушек и толстенной брони, «занятные стариканы» (по выражению одного из морских офицеров) попросту не заметили того, что за творениями Рида стояла концепция продуманного развития всего флота, а за барнабиевскими «копирками с монстров» Брина не было ничего, кроме пустой самоуверенности в том, что английские верфи могут «задать жару всяким там итальяшкам»…

Последствия большого страха или худший пример безрассудной экономии в британском флоте. Последние цитадельные корабли

Броненосец «Ajax»

Создав «Аякс» и «Агамемнон», Барнаби «подарил» Королевскому флоту два исключительно неудачных корабля. Подобная оценка, впервые заслуженно прозвучавшая в британской прессе еще во время их строительства, полностью подтвердилась после первого же их выхода в море: конструктивные пробелы оказались настолько кричаще очевидны, что эту пару отныне именовали не иначе как «паршивые овцы линейного флота».

Взяв в качестве исходной модели «Инфлексибл» — как тогда свято полагали, незыблемый эталон для всех будущих типов линейных кораблей — в Адмиралтействе заключили, что последующие корабли должны быть лишь уменьшенными в размерах и удешевленными его версиями (точно так же, как за «Уорриором» последовали «усеченные» «Дифенс» и «Гектор»). Эта политика «дешевизны» периодически брала верх в течение всех времен — и во всех флотах. Но ни в одном-единственном случае конструкторам не удалось достичь экономии средств, хотя бы пропорциональной умалению от сего их боевой мощи — «дешевое» всегда оказывалось только «плохим» или «очень плохим»! Что же касается «Аякса» и «Агамемнона», то им принадлежала сомнительная честь остаться худшим примером подобной безрассудной экономии в британском флоте.

* * *

При разработке задания на проектирование «Аякса» в Адмиралтействе решили, что его средняя осадка не должна превышать 7,16 м, что должно было позволять использовать при необходимости оба корабля в мелководной Балтике и на Черном море, а водоизмещение решили принять меньшим на 3000 т — для экономии порядка 300000 ф.ст. на цене каждого корабля по сравнению с «Инфлексиблом». Перед лицом подобных ограничений Барнаби столкнулся с трудной задачей, поскольку длина и ширина находились в зависимости друг от друга в соотношении Фруда L/B = 4,5 или, как это было рекомендовано для «Инфлексибла», даже большей пропорцией ширины с более заостренными обводами в оконечностях, для получения требуемого хода в 13 уз.

Последствия большого страха или худший пример безрассудной экономии в британском флоте. Последние цитадельные корабли

Броненосец «Agamemnon»

В итоге обе уменьшенные копии «Инфлексибла» обладали всеми его недостатками, не получив взамен ни одного из достоинств. В Адмиралтействе были вынуждены с унынием признать, что «основная особенность «Аякса» и «Агамемнона» заключалась в том, что они являлись ухудшенным вариантом «Инфлексибла». Их центральная цитадель не была, как на «Инфлексибле», достаточных размеров, чтобы обеспечить поддержание остойчивости в случае разрушения их небронированных оконечностей». Более того — оба корабля оказались спроектированными таким образом, что их способность сохранять плавучесть на ровном киле напрямую зависела от сохранности их небронированных (!!!) оконечностей, и оба они оказались наихудшими примерами неправильного употребления цитадельной системы.

Как и прародитель, они строились очень долго, поскольку начиная с 1872 г. правительство Великобритании регулярно «урезало» военно-морские расходы. Примечательно, что оба корабля при начале постройки оценивались по 500 тыс. ф.ст., в действительности же обошлись по 700 тыс. ф.ст. за каждый, из которых по меньшей мере 100 тыс. ф.ст. можно отнести на прямые убытки, вызванные задержкой строительства.

В довершение всего — поскольку получилось так, что в течение этого же периода Франция начала постройку дюжины броненосцев с полным броневым поясом по ватерлинии такой же или даже большей толщины — не приходится удивляться тому, что «Аякс» и «Агамемнон» постоянно подвергались всевозможной критике. В самом деле, «Девастейшн», вступивший в строй за три года до закладки «Аякса», имел при сходных характеристиках размерений, водоизмещения и вооружения в два раза большую дальность плавания, лучшую мореходность и управляемость — и это все при цене в два раза меньшей!!!

Последствия большого страха или худший пример безрассудной экономии в британском флоте. Последние цитадельные корабли

* * *

Для вооружения корабля в августе 1878 г. компания «Армстронг» представила новое 38-тонное 12,5» (317,5-мм) дульнозарядное орудие, которое, как полагали, должно оказаться сопоставимым по пробиваемости с 80-тонным орудием «Инфлексибла». Полагали даже, что мощь этих орудий и их большая дальность стрельбы должны оказаться более предпочтительными, нежели значительная разрывная сила при малой начальной скорости снаряда — особенно когда это сочеталось с низкой скорострельностью (как на орудиях «Инфлексибла» или «Дуилио»). Эти орудия, нижние косяки портов которых отстояли от ватерлинии на 3,23 м, заряжаемые снаружи башни диаметром 8,53 м стали последними дульнозарядными орудиями, установленными на тяжелых артиллерийских кораблях Королевского флота.

Против торпедных атак, задача выполнения которых тогда возлагалась только на небольшие корабли, были установлены на крошечных спонсонах вокруг дымовой трубы и на надстройках пушки Норденфельда. Для производства собственных торпедных атак оба корабля несли по 18,3-метровой миноноске, штатное место которой было на кильблоках под главным шлюпочным краном.

* * *

Теоретически, для цитадельного корабля способность сохранять плавучесть зависит исключительно от целости цитадели. Однако остойчивость «аяксов», обеспечиваемая целостью именно забронированного объема, была настолько мала, что имело место совершенно обратное. При цитадели на 1,8 м короче и на 2,7 м уже, чем на «Инфлексибле», их скромный запас и плавучести, и остойчивости оказался совершенно недостаточным, чтобы обеспечить кораблю способность оставаться на ровном киле, если его небронированные оконечности будут затоплены. Общий уровень бронирования также был понижен: вместо 610-мм защиты борта теперь применили «сандвич» из 305-мм и 203-мм плит на 254-мм тиковой подкладке; суммарная толщина обеих плит у нижней кромки бортовой защиты под водой понижалась до 381-мм железа. У этих специально спроектированных для боя на острых курсовых углах (в условиях тесноты Балтийского моря) кораблях важную роль играли поперечные броневые траверзы, которые достигали 420-мм выше главной палубы и 343-мм под ней (последняя величина лишь чуть-чуть уступала «Инфлексиблу»). Вся цитадель перекрывалась 76-мм броневой палубой.

В нос и корму от цитадели защита броненосца была доверена 76-мм броневой палубе ниже ватерлинии; пространство между ней и главной палубой заполнялось углем и корабельными припасами, а в корме здесь еще располагались и цистерны с балластной водой. Помимо этого, на протяжении 20 м в нос и корму от цитадели вдоль бортов простирался двойной пояс из пробки, разделенный коффердамом высотой 1,8 м выше и ниже ватерлинии — защита довольно сомнительной ценности, от которой зависела судьба корабля в бою.

Последствия большого страха или худший пример безрассудной экономии в британском флоте. Последние цитадельные корабли

«Аякс», схема распределения броневой защиты

* * *

Уменьшив для «Аякса» избранное Фрудом для «Инфлексибла» отношение длины/ширины (L/B), Барнаби «добил» и так крайне неудачный проект. Вместо создания экономичного корабля, способного развивать ход в 13 уз при минимальной мощности машин, он обременил флот парой броненосцев, которые относились к тем немногим проектам, которых не помянули добрым словом даже те люди, которые когда-то плавали на них.

Самой заметной и неприятной особенностью их поведения в море была необходимость в постоянной и значительной перекладке руля — то на один, то на другой борт, что требовалось производить постоянно для удержания их на прямом курсе. Отклонение руля, соответствующее удержанию корабля на курсе, могло не изменяться часами или даже сутками, но затем совершенно внезапно и необъяснимо вдруг требовало изменения, чтобы снова оставаться в новом положении на неопределенное время. При увеличении скорости корабля угол перекладки руля возрастал так стремительно, что оба броненосца становились просто-напросто опасными в строю! На полном ходу (13 уз) угол отклонения руля никогда не был меньше 18°, а когда машины реверсировали на задний ход и корабль начинал движение в обратном направлении, он мог сначала развернуться под прямым углом к линии курса, прежде чем его положение восстанавливали манипуляциями с рулем. Известен случай, когда «Агамемнон» с рулем при нулевом отклонении описал полную циркуляцию через левый борт за 9 мин 10 сек.

Объяснение этого феномена лежало в неверном выборе соотношения размерений этих кораблей. Будучи непропорционально широкими, мелкосидящими и плоскодонными судами с полными обводами, оба броненосца имели тенденцию вести себя на воде как «тазики для стирки белья».

Впоследствии Р.Фруд, на основе испытаний в опытном бассейне модели корабля, смог указать необходимые изменения в конструкции корпуса, дабы устранить порочную тенденцию постоянных виляний корабля. Благодаря результатам, полученным на модели с различными изменениями в кормовой части, на «Аяксе» и «Агамемноне» удлинили корму, после чего они оказались в состоянии маневрировать вместе с эскадрой, хотя все еще требовали постоянного контроля над положением руля на малых ходах, что весьма затрудняло их удержание на прямом курсе. В плохую погоду они становились опасными компаньонами для совместного плавания и следовали отдельно от эскадры. «Занять позицию на горизонте» — таков был обычный сигнал для них в подобных случаях. Большего позора для военного корабля и его команды представить просто трудно.

Последствия большого страха или худший пример безрассудной экономии в британском флоте. Последние цитадельные корабли

Броненосец «Agamemnon»

Обычно, пока один из кораблей нового дуэта проходил активную службу за границей, его собрат состоял в береговой охране или числился в резерве, будучи готов к службе на мелководных театрах, использование на которых было предопределено его осадкой и для которой не мог быть привлечен никакой другой современный им тяжелый корабль — но которую и он сам не смог бы исполнить в силу своей неуправляемости и опасностей на мелководье.

«Колоссус» и «Эдинбург»

После неудачного проекта «Аякса» Барнаби не оставил надежду усовершенствовать концепцию цитадельного броненосца в качестве основного пути развития броненосцев для Royal Navy. И, взяв в качестве прототипа… «Аякс», выдвинул предложение об изменении основных пропорций своих «паршивых овец» — с тем, чтобы сообщить новым кораблям длину порядка 107 м при ширине около 21 м.

В качестве главного аргумента он выдвигал тот тезис, что таран и торпеда вывели скорость хода в разряд более важных факторов, нежели поворотливость, как при атаке, так и в обороне. Однако поскольку для приращения скорости необходимо увеличение мощности механизмов, то будет лучше уменьшить мощность двигательной установки, а также расход топлива, посредством относительного удлинения корпуса корабля. Он отмечал, что когда бортовая защита простирается от штевня до штевня, бронировать длинный корабль расточительно (а как же «Дредноут»?), однако для цитадельного корабля данный недостаток не существует (а как же неудачное бронирование«Аякса»?). Таким образом, при удлинении «Аякса» до 107 м планировалось обеспечить ему приращение скорости с 13 до 14,5 уз при уменьшении расхода угля до уровня «Девастейшна». Но в Адмиралтействе не вняли этой рекомендации и установили длину «Колоссуса» в 99 м, такую же, как у «Геркулеса», «Султана» и (не считая нескольких футов) также «Дредноута» и «Инфлексибла». Длина нового корабля по сравнению с последним была больше на 1,5 м, а ширина меньше на 2 м, так что соотношение L/B теперь составляло 4,7:1. Этим решением лордов Адмиралтейства напрочь были перечеркнуты все честолюбивые устремления Барнаби…

Последствия большого страха или худший пример безрассудной экономии в британском флоте. Последние цитадельные корабли

«Колоссус», схема распределения броневой защиты

* * *

В соответствии с исходным проектом эти броненосцы должны были получить четыре 38-тонных дульнозарядных орудия, в целом являя собой более мореходные «агамемноны» с прибавкой в скорости на один узел. Но в 1882 г., когда в Вуличе наконец-то создали первый подходящий проект казнозарядного орудия, Адмиралтейство сочло возможным вооружить новые корабли 12» 25-калиберными казнозарядными пушками, которым было суждено стать первыми подобными орудиями, установленными на британском флоте. 12» орудия «Колоссуса» заряжались почти таким же точно способом, как и дульнозарядные пушки «Инфлексибла», но только с противоположного конца: снаряд и заряд досылались из-под палубы с казенной части. Вертикальное наведение орудия осуществлялось посредством гидропривода.

Поэтому в то время как огромные стрелы достроечных кранов в Портсмуте медленно опускали новое оружие в башни «Колоссуса», он мог гордиться тем, что становится линкором, на котором впервые отказались от дульнозарядной артиллерии и вместо железного корпуса и железной брони применили слоеную броню компаунд со стальным корпусом.

Вследствие еще несовершенной технологии выделки первая партия новых 12» орудий оказалась неудачной, и одно из них, предназначавшееся для «Коллингвуда», разорвалось на испытаниях 4 мая 1886 г. В результате вся первая партия 12» орудий, уже отправленная на флот, была возвращена заводу для усиления стволов дополнительными кольцами.

Последствия большого страха или худший пример безрассудной экономии в британском флоте. Последние цитадельные корабли

«Колоссус», схема заряжания

На практических стрельбах 1887 г. «Колоссус» поставил рекорд, сделав четыре выстрела из одного орудия за шесть минут и добившись трех попаданий с дистанции 7,5 кб, идя при этом полным ходом.

Количество вспомогательных орудий на обоих кораблях удалось увеличить с двух до пяти после того, как высвободился вес от замены 406-мм башенной брони на плиты в 356 мм. Как и у «Италии», 6» пушки были свободно разбросаны по кораблю, поскольку идея сосредоточения вспомогательных орудий в одном месте еще не обрела силу, и на «Колоссусе» главная задача выбора их местоположения заключалась в том, чтобы вывести эти пушки, насколько возможно, из зоны действия дульных газов 12» орудий. Торпедные аппараты помещались в носовой частив виде траверзных труб, расположенных под броневой палубой.

* * *

Длина цитадели в диаметральной плоскости составляла 37,5 м (по сравнению с 31,7 м у «Аякса» и 33,5 м у «Инфлексибла»), а сама она представляла собой в плане широкий овал, что вынуждало все попадающие снаряды так или иначе рикошетировать. На этих кораблях впервые использовали сталь в качестве основного конструкционного материала, и только отдельные крупногабаритные поковки, такие, как фор- и ахтерштевень, выполнялись из железа. И если на «Аяксе» бронейкомпаунд защищались только башни, то у «Колоссуса» и башни, и цитадель были уже из сталежелезной брони.

Система внутренней защиты с броневой палубой, заполненными пробкой отсеками, коффердамами и мелким внутренним подразделением осталась такой же, но подверглась дальнейшему развитию. Можно отметить тот факт, что когда «Эдинбург» заканчивал в 1908 г. свои дни в качестве корабля-мишени, его броневой защите пришлось пройти самое настоящее боевое испытание под огнем дредноутов. Его, выдержавшего гораздо более опустошительный огонь, нежели тот, которому он мог подвергнуться в те дни, когда нес службу в первой линии, — прибуксировали назад в Портсмут с небронированными оконечностями, превращенными в руины или вообще снесенными напрочь, — но на ровном (!) киле.

Последствия большого страха или худший пример безрассудной экономии в британском флоте. Последние цитадельные корабли

* * *

Оба корабля хорошо показали себя на ходовых испытаниях, развив скорость в 16,5 узлов, зафиксированные показания которой существенно превысили проектные значения. На этом ходу при спокойной воде они гнали перед собой огромную волну, подобную сплошной стене высотой 4 м, простиравшейся вдоль всего корпуса корабля и даже немного за корму, «ничего похожего на которую никогда прежде не наблюдалось».

Мореходность «колоссусов» заслуживает не более чем удовлетворительной оценки, со скорой и глубокой качкой. Поскольку порты орудий отстояли от воды лишь на 3,6 м, уже при крене 13° дула орудий, наведенных по борту, начинали входить в воду. При преследовании противника в свежую погоду тот чаще всего был бы скрыт от этих орудий несколькими футами разыгравшихся волн — феномен, невозможный для кораблей с короткоствольной дульнозарядной артиллерией.

Их неважная мореходность была предопределена значением метацентрической высоты — 2,7 м «Колоссуса» были почти на 0,3 м больше, чем аналогичная характеристика «Инфлексибла». Это объяснялось тем фактом, что если у броненосцев типа «Дредноут» было возможным достижение требуемой остойчивости при значении метацентрической высоты в пределах 0,8-1,3 м, то у цитадельных кораблей разрушение их небронированных оконечностей неизбежно влекло большую потерю остойчивости, поэтому метацентрическая высота требовала увеличения. Однако рост этой характеристики уменьшает период бортовой качки и ухудшает качество всей системы как артиллерийской платформы — даже при применении цистерн-успокоителей. Оба корабля также оказались обладателями неважных маневренных качеств и плохо слушались руля на циркуляции.

Последствия большого страха или худший пример безрассудной экономии в британском флоте. Последние цитадельные корабли

Броненосец «Edinburg», 1882 г.

«Колоссус» и «Эдинбург» стали первыми британскими броненосцами с казнозарядными тяжелыми орудиями и первыми, на которых броня-компаунд практически повсеместно заменила старую железную броню. На них впервые сталь также была использована в качестве основного конструктивного материала, а в части концепции они оказались последними цитадельными кораблями.

Статья была опубликована в августовском номере журнала «Наука и техника» за 2009 год

По материалам

naukatehnika.com

Смотреть полностью

Похожее

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Back to top button
Close
Close